«Как тетя чуть не стала предательницей». Газета "Наше время"

-Мама ее бросила, - эти слова Инна Алексеевна  произносит даже не шепотом, а одними губами, - папа в тюрьме.
Инна Алексеевна - новая мамы Даши, четырех - летней малышки, которую бросила сначала родная мать, а потом и бабушка. Помнит ли этих людей Даша, тоскует ли по ним, знает ли, как они с ней поступили - неизвестно, но то, что в чужой тете ребенок увидел человека близкого, к которому хочется прижаться и не отпускать, - очевидно. Сегодня, довольная и красивая, Даша часто усаживается на колени  к Инне Алексеевне, обнимает ее, целует, теребит, что-то рассказывает. Семейная идиллия, по-другому эту картину не назовешь, но ведь этого могло так и не случиться…

Почему Инна Алексеевна  решила взять ребенка, точно объяснить не может. Наверное, потому что сын вырос, мужа нет, а извечная женская потребность о ком-нибудь заботиться осталась. Кроме того, Инна Алексеевна - человек верующий. А искренне верующий всегда человек добрый.

Тем не менее, толчком к этому ответственному шагу Инна Алексеевна считает поступок своей подруги, которая взяла под опеку мальчика из приюта.

- А мне так хотелось девочку. Маленькую девочку, и чтоб никакие объявившиеся родственники никогда не смогли забрать ее у меня.  И я пошла в тот же приют, что и подруга. Поговорила с директором.

Мне сказали, что такая девочка есть. Назвали имя и фамилию моей Даши. Я ничего о ней больше не знала, фотографию не видела, а внутри уже все говорило: «Это мое, это бог мне ее послал».

Оказалось, что для посещения ребенка в приюте нужно было оформить разрешение в органах опеки по месту проживания. Инна Алексеевна пошла туда. Работники органов опеки разрешение дали, но сразу предупредили, что возраст у женщины не самый подходящий, чтобы опекуншей становиться.

          В том, что ей 60 лет, а не 30 моя героиня четко отдавала себе отчет. Но почему же не взять ребенка, если со здоровьем проблем нет, материально

она обеспечена, работа позволяет почти целый день находиться дома. О таких условиях многим молодым остается только мечтать.

Когда Инна Алексеевна увидела Дашу впервые, сразу почувствовала, как и тогда, когда Дашино имя только назвали, — это ее ребенок. А вот девочка в первую встречу держалась очень напряженно, но во второй раз уже не хотела, чтобы эта тетя уходил, а  вскоре стала называть ее мамой.

Даша и Инна Алексеевна стали жить от встречи до встречи. Женщина оформляла документы, проходила медкомиссию. Все шло своим чередом. Оставалось пройти психологическое тестирование.

Для этого пришлось прийти все в те же органы опеки по месту жительства. Было жарко. Инну Алексеевну завели в комнату без кондиционера,  дали тесты с заданиями, которые показались ей странными. Например, нужно было разложить предложенные цвета в том порядке, в котором, по ее предположению, будет протекать будущая жизнь ребенка.

— Я спросила, как понимать эти задания, могу ли я их не делать. Мне ответили, что понимать их надо буквально, а сделать следует хоть как-нибудь, ведь чтобы вывести заключение, надо на чем—либо основываться. Я сделала, как они сказали: как-нибудь.

По выполненному «как-нибудь» тесту психологи сделали заключение: не следует женщине с такими особенностями психики брать ребенка. В повторном тестировании отказали. Посоветовали дождаться сентября и начать посещение занятий для психически неблагонадежных. Занятия рассчитаны на полгода, а потом можно будет пройти повторный тест. Так положено, заявили специалисты.

Это было ударом. А директор приюта сказала, что с оформлением надо поторопиться, потому что Дашу будут скоро переводить из их организации в детский дом. Совершенно расстроенная и растерянная, Инна Алексеевна поделилась с директрисой своей проблемой.

Работники приюта не имеют права давать или не давать ребенка. В этом случае им положено действовать в соответствии с постановлением суда. Но к тому времени в приюте все уже привыкли к приходам Инны Алексеевны, видели, какие отношения у нее сложились с девочкой, поэтому всячески старались ей помочь. Понимая, что ребенок может так и не попасть в семью, директор организовала Инне Алексеевне встречу с Аллой Михайловной Васильевой, Уполномоченной по правам ребенка в Ростовской области.

Алла Михайловна и Татьяна Ивановна Княжева, руководитель секретариата уполномоченного по правам ребенка в Ростовской области, поддержали женщину. Понимая, что тест был написан не в самой лучшей обстановке и вовсе без подготовки, пообещали организовать ей повторное прохождение теста в Областном центре психолога - педагогической реабилитации и коррекции. Вторая попытка оказалась удачной.

Районные специалисты приняли заключение своих коллег без возражений. Так положено. «Конечно, — соглашались они, — результат теста во многом зависит от состояния, в котором находился человек, когда его писал. В двух разных случаях у одного человека результаты тестов могут оказаться разными».

Сегодня Даша и Инна Алексеевна, наконец, вместе. Своему счастью не могут поверить обе. Директор приюта, с которой я разговаривала по телефону, тоже безмерно рада, что все получилось.

— Я случайно встретила их, — рассказала директор приюта, - они гуляли. Такие лица нельзя подделать. Это же очевидно: они счастливы, что, наконец, вместе. Сложилась настоящая семья.

Инна Алексеевна говорит, что только теперь поняла, как в доме было пусто без Даши, как не хватало этой девочки в ее жизни.

— Я до сих пор, - рассказывает Инна Алексеевна, — боюсь представить, что было бы с Дашей, если бы мы так и не оказались вместе. Она мне поверила, она меня ждала. Это было бы для ребенка еще одним предательством. Не слишком ли много предательства для одной маленькой девочки? Слава богу, что среди специалистов по опеке оказались люди, которые смотрят не только на бумаги, но и на  людей. Спасибо им за то, что мы с Дашей вместе.


Карта сайта Версия для печати © 2009 - 2018 Администрация Ростовской области